May 7th, 2011

анфас

Великая Отечественная. Отрывок из воспоминаний...

Это отрывок из воспоминаний, написанных моим дядей по маминой линии. Это воспоминания подростка о начале войны, о жизни в тылу. О нелегкой, трудной жизни во время Великой Отечественной.  (Сократил некоторые моменты, так как много текста ЖЖ не принимает.)

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1941-1945.
Из наших захолустных сел в конце 30-х годов призывали подготовленных, зрелых людей – сержантов, офицеров запаса в Красную Армию, были раненые в ходе Финской войны, военных провокаций японских самураев на Дальнем Востоке. Люди с тревогой следили, как Гитлер захватывает в Европе одно государство за другим, считали, что надо готовиться к войне с фашистами.
Поэтому весть о нападении Гитлера на Советский Союз не застала казаков врасплох, отец рассказывал маме, что после сообщения о войне молодежь пошла в Совет записываться добровольцами. Военкомат оперативно призывал в армию по возрастам, начиная с самых молодых. Наконец-то папа тоже получил повестку о призыве в Красную Армию. Мама готовилась к проводам и впервые, отправила меня в магазин за продуктами. Перечислила, что надо купить, заставила меня несколько раз повторить. Положила мне в карман красную 30-ти рублевую купюру, тогда на эти деньги можно было много купить. Война бушевала уже два месяца, а в магазине было полно разных продуктов и никакой очереди. Купил все, что требовалось, получил сдачу, донес в целости, преодолев 3 км пути. Цены в деревне 1940 года были следующие: яйца 10 штук - 6,5 рублей; молоко 1 литр – 2,2 руб.; сахар песок 1 кг – 5,0 руб.; хлеб черный ржаной 1кг – 1,0 руб.; хлеб белый пшеничный 1 кг – 1,7 руб.; картофель 1 кг – 0,9 руб.; рыба 1 кг – 5,5 руб.; говядина парная 1 кг – 12 руб.; масло подсолнечное 1литр – 13 руб.; водка 0,5 литров – 14,20 руб. Зарплата отца – 450 рублей в месяц.
Отца проводили скромно, никаких застолий. Это был самый большой призыв, сразу более 15 возрастов, вплоть до 1895 года рождения. Мужчин в деревнях почти не осталось.
Провожали солдат всем миром, в райцентр со всех сел стягивались подводы, запряженные одной или парой лошадей. Когда мы подъехали к станице Слащевская, там уже основная улица была заставлена подводами. Нашу колонну оставили на въезде. Впереди у призывников была 100 км дорога до железнодорожной станции, поэтому подводы, в указанное время, начали движение, выстраиваясь в многокилометровую колонну. За рекой Хопер с защитниками Родины попрощалась основная масса провожающих, причем это произошло без остановки движения колонны. Мы с мамой тоже остались и явились очевидцами огромного количества призывников, тяжелой картины прощания и «моря» слез, но не было «неуправляемых» лиц, не видели милиционеров. Развернутый за Хопром медпункт, оказался невостребованным. Вспоминая эту обстановку, опираясь на опыт 36 летней службы в СА, могу сказать: «Организация проводов, в которых приняли участие тысячи людей, сотни подвод, была превосходной». Это свидетельствует о хорошем организаторском уровне руководства района, высокой сознательности и способности советских граждан к самоорганизации!! Collapse )
Весть о дне Победы мы узнали 9 мая, кажется, на третьем уроке. Занятия прекратили и школьники с криками восторга, радости отправились в клуб (нардом по-нашенски). Пришли колхозники, работавшие у амбаров, в других местах поблизости. Приехал председатель поздравлял с Победой и народ вернулся к работе, а школьники разошлись по домам.
Последующие дни потекли, как прежде в напряженном трудовом ритме. Те семьи, чьи родственники дошли до Победы, начали ждать их возвращения, а у которых мужья, отцы, дети погибли, им ждать было некого, кроме лучшей жизни.
В конце июля мне, как прилежному ученику и сыну фронтовика выдали путевку в районный пионерский оздоровительный лагерь. Почему-то ехать не хотелось, но мама считала неудобным отказаться от путевки. Приехал в станицу Слащевскую, нас распределили по отрядам, согласно возрасту и разместили в классах средней школы. Спали на полу, кормили в сельповской столовой очень плохо. (мы дома питались гораздо лучше, вкуснее). Я ходил голодный, да и другие тоже.
Главным оздоровительным фактором было купание в реке Хопер. Вода чистая, течение быстрое, погода установилась жаркая. Меня научили плавать, кстати, мальчики и девочки купались в разных местах. Везде ходили строем, под барабан или с песней. В один из дней в лагерь пришла весть, что в ближайшие дни в станицу прибывают первые солдаты- победители. Далее события для меня стали развиваться как в сказке!
Спустя несколько дней после слуха о возвращении солдат, пионерлагерь как всегда, большой колонной возвращался с купания на обед. Солнце просто испепеляло. На повороте дороги нас на малой скорости обгоняет крытая брезентом машина, в кузове сидят красноармейцы-фронтовики. На груди у них ордена и медали. Я шел в последней шеренге, внимательно всматриваясь в лица солдат. Вдруг, в голове возникла необъяснимая уверенность, что справа, на скамейке, крайним сзади, сидит ОТЕЦ! Немедленно бросился за машиной. Старшая пионервожатая что-то кричала, но мне хотелось непременно догнать машину! Бежал по камнем мощенной дороге босиком. Конечно, отстал и с радостью увидел, что машина останавливается у военкомата. Когда подбежал, почти все фронтовики вышли из кузова. Они были в гимнастерках под ремень, с орденами, в одинаковых пилотках, с усами, очень похожие друг на друга. Передо мной встал вопрос: «кто же из них мой отец?» Какое-то время наблюдал за победителями, потом определился! Подхожу к солдату, пытаюсь произнести слово «папа», но не могу, во рту пересохло от волнения и бега по жаре в пыли от машины.
Отец заметил меня не сразу, только после невнятного обращения к нему спрашивает: «Толя, сын, ты ли это?» и обнял меня, оторвав от земли. Мы не успели поговорить, как останавливается машина, шофер обращается: «кому в Поповку, подвезу с ветерком!» Отец решил ехать. Попрощался с однополчанами, они помогли погрузиться. Мы сели в кузов, в нем было чисто и пусто, оборудован под перевозку зерна, поэтому сели на вещи, которые вез отец. Через полчаса езды отец постучал по кабине и сказал: «Мы выходим, нам в Кузнецы». Молодой водитель посетовал, что нам далеко отсюда до дома, а он отстанет от графика перевозки зерна, могут наказать, если намного опоздаю.. Подумав, махнул рукой и сказал: «Я вас довезу до хаты, непристойно оставлять Победителя в степи!» Скоро мы уже были у дома, шофер помог быстрее снять вещи, и уехал не задерживаясь. Тут же выбежала вся в слезах мама. По телефону позвонили в правление (она дежурила) и сказали, что муж на попутной машине уехал домой. Мама говорила, что радость смешалась с чувством неудобства, мол, отец приедет, а сына нет! А тут выбегает встречать мужа и видит еще и сына-«курортника». От неожиданной и долгожданной встречи она совсем растерялась. Батя тоже растрогался. Прямо за воротами расстегивает солдатский вещмешок, достает три куска сахара и угощает нас, детей. Я отдал свой кусок маме. Валентина начала грызть, а Рая посмотрела на него с безразличием и выбросила. Поднял и опять предложил попробовать, отказалась. Она сахар ни разу не пробовала, а белых камешков малых и больших размеров в нашем дворе россыпи. Все стены выложены из меловых камней.